2. Уголовно-правовое понятие действия

Вопрос об уголовно-правовом понятии «действие» не получил пока однозначного решения. Надо сказать, что задачи уголовного права на пути разрешения рассматриваемого понятия были затруднены выяснением сущности понятия «преступление» и его состава, в объективную сторону которого и включают действие (бездействие). При этом исследования проводились главным образом в направлении уточнения классификации преступлений по степени их общественной Опасности, самой категории «общественная опасность», Разграничения преступлений от иных правонарушений и т. д.

105

Раскрытию  же  содержания понятия  «действие», уяснению его роли и значения в понятии преступления и в целом в уго-ловном праве должного внимания не уделялось. Поэтому остаются не выясненными такие вопросы: возможно ли вообще без анализа действия выработать правильный взгляд на преступление как ключевое уголовно-правовое понятие? Возможно ли и если да, то каким образом определить преступление действием (бездействием), не полагая лишь форму этих понятий? Наконец, что это вообще за категория .действие» (бездействие), без которой не мыслится преступление и невозможно вычленить преступную деятельность из системы основных  уголовно-правовых  понятий,  общеправовой  системы взаимодействий?

Эти вопросы, несомненно, имеют уголовно-правовой смысл, ибо касаются предельных параметров Общей и Особенной частей уголовного законодательства, замыкают в себе их действительное содержание, логику и точность определения конкретных уголовно-правовых норм, отточенность уголовно-правового инструментария.

Термин «деяние» (действие или бездействие) в русское уголовное законодательство был введен в 1812 г,и и с того времени неизменно включается в определение понятия «преступление». Сохранился он и во всех уголовно-правовых документах Советской власти. С течением времени изменялась (развивалась, совершенствовалась) лишь формулировка понятия преступления, отражающая особенности этапов развития Советского государства, преступное же действие (бездействие)  всегда составляло ядро, сущность преступления. Поэтому уместно поставить вопрос, можно ли между уголовно-правовым  действием   (бездействием)   и  преступлением поставить знак равенства и соответствует ли единичность действия единичному  (одному)   преступлению, а множественность действий — соответствующему им числу преступлений, видов (форм) преступной повторности.

Проблема эта не нова. Еще в конце XIX - в начале XX в, она вызвала обширную полемику среди буржуазных ученых, однако единства мнений достигнуто не было, Из множества высказанных по данному вопросу точек зрения следует выделить мнения наиболее видных криминалистов.

Попытка конкретизировать понятие преступления через действие характеризует исследования Ф. Листа, Н, Д. Сергиевского и других ученых. Исходя из общей предпосылкИ| что под преступлением следует понимать способ удовлетворения тех или иных потребностей человека, Ф. Лист утвер106

ждал: «Если дано одно действие, то дано лишь одно преступление»23, «Общим правилом, при вменении человеку его по-' ступков, как преступных деяний, - писал Н. Д. Сергиевский, — должно быть признано то положение, что действия отдельные не могут быть соединены в одно для вменения и, обратно, ряд актов, составляющих одно единое действие, не может быть разбиваем на отдельные части,..»24 Аналогичного мнения о действии-преступлении придерживался и Н, С, Таган-дев25,