4. Значение законов для правовых систем.

В странах с романо-германской правовой семьей, как отмечено выше, приоритет среди источников права принадлежит закону. Законы разрабатываются и принимаются высшими представительными органами, называющимися либо парламентом, как во Франции, либо бундестагом, как в Германии, либо риксдагом, как в Швеции, либо эдускунта, как в Финляндии, либо сеймом, как в Польше, либо Государственной думой, как в России, и т. п. Законодательные акты в романо-германской правовой семье подчиняются строгой иерархии. Во главе ее находится Конституция, состоящая из одного закона (как во Франции, Германии, Швеции) или ряда основных законов (как во Франции периода Третьей Республики или в современной Финляндии). Конституции в данной семье являются писаными. В них определяют основы государственного и общественного строя, структура и компетенция органов государственной и судебной власти, а также исполнительных органов. Разработана особая процедура принятия Конституции (обычно квалифицированным большинством голосов не от числа присутствующих на заседаниях высшего представительного органа, а от общего количества его депутатов). Существуют специальные органы, призванные ее охранять (например, Конституционный совет во Франции, Конституционный суд в России и т. д.), и особая процедура ее изменения и отмены. Особенно это касается так называемых «жестких конституций». Все это должно предупредить необдуманность и поспешность при принятии решения об изменении Основного закона.

По своему значению в регулировании различных общественных отношений, охватываемых целыми отраслями права, по универсальному характеру регулирования, по закреплению основополагающих принципов регулирования правовой отрасли в этих законах, по пандектному или же институционному построению среди законодательных актов выделяются кодексы. В XIX в. они преобладали в романо-германской системе. Так же обстоит дело и в ХХ в., причем правительства многих стран признают за ними особый авторитет (обычно это оговаривается в тексте самого законодательного акта).

Значение термина «кодекс» изменялось с течением времени. Первоначально так назывались распоряжения римских императоров. Затем так стали называть сборники самых различных законов. Ярким примером последних является «Кодификация императора Юстиниана» 534 г., где подведен итог почти тысячелетней римской правовой истории и показано юридическое развитие этого государства.

Одними из первых в современном понимании этого термина были кодификации по пяти основным отраслям французского материального и процессуального права. Однако среди них, например, условное право первоначально имело в революционной Франции четыре параллельно существовавших кодификации: УК 1791 г., Кодекс муниципальной и исправительной полиции от 19 июля 1791 г., Кодекс сельской полиции от 28 сентября 1791 г. и Кодекс деликтов и наказаний за них от 25 октября 1795 г. Лишь после появления УК 1810 г. прежние акты утратили силу.

С другой стороны, наибольшего универсализма в создании всеохватывающих (всеотраслевых) кодексов достигли Скандинавские страны. С дополнениями и изменениями эти кодексы действуют в Дании (с 1683 г.), Норвегии (с 1687 г.), Швеции и Финляндии (с 1734 г.). Эти всеобщие кодексы по своей структуре весьма напоминают Свод законов Российской империи 1832 г.

В Германии, Испании и многих странах Латинской Америки процессуальное право не охватывается кодексами, поскольку там считается, что на него оказывает доминирующее влияние «национальный партикуляризм», а не общеправовые принципы.

Вперед: Глава 5.
Назад: Глава 3.