Л.М. Лысякова. Развитие самоуправления на низовом уровне: сравнительный анализ России и Китая

В настоящее время осуществляется глубокая трансформация и России, и Китая — стран, граничащих на огромном участке суши. Хотя процесс преобразований в КНР привел к очевидным и ощутимым позитивным результатам, а проводимые в России реформы до сих пор не вывели ее на путь социального и экономического прогресса, совершенно очевидно, что момент подведения итогов еще не наступил ни в одной из этих стран. Изучение реформ управления на низовом уровне в КНР и России позволяет определить векторы политического движения этих стран, а также возможности взаимного обогащения опытом, накопленным соседом.

Особенности политической модернизации в КНР: развитие низовой деревенской демократии

Реформа в деревне является тем моментом, с которого началась и с которым соотносится модернизация всего современного Китая. Введение всеобщих выборов, общих собраний, автономии, самоуправления в деревенских сообществах стало продолжением радикальной реформы не только производственных, но и общественных отношений в деревне, начавшейся с введением системы подворной ответственности.

Центром деревенского самоуправления является избираемый комитет сельских жителей (КСЖ). Эта форма организации самоуправления стала появляться в сельском Китае с переходом к политике реформ. Конституция 1982 г. вернула систему волостей и поселков для управления на низовом уровне в сельской местности, определив комитеты сельских жителей как массовые организации самоуправления[1]. В 1983-1985 гг. КСЖ стали появляться повсеместно. Деятельность их сначала регулировалась разработанными на провинциальном уровне Правилами по работе комитетов сельского населения.

Закон о КСЖ, принятый в 1987 г., задал основные параметры управления жизнью сельских сообществ — прямые выборы председателя, заместителя и членов комитета, срок полномочий избранных лиц, возможность их отзыва, решение важных вопросов на общем собрании. В многочисленных комментариях подчеркивалось, что КСЖ не являются органами политической или административной власти в деревне[2]. Процесс дальнейшего организационного и функционального развития системы КСЖ происходил поэтапно и постоянно контролировался и направлялся из центра[3]. Ключевые признаки самоуправляющейся деревни заключались в создании КСЖ на основе демократических выборов, усиления и совершенствования их работы и системы малых деревенских групп, на периодическом проведении деревенских собраний или собраний представителей, развитии экономики, единства и стабильности, хорошем выполнении крестьянами общих деревенских дел, гражданских обязанностей, всестороннем выполнении всех пунктов установленных государством заданий[4].

В вышедшем через четыре года документе МГА «Руководящие принципы общенационального движения за деревенское самоуправление» указывалась необходимость создания в каждой провинции, городе, уезде, деревне единиц деревенского самоуправления[5].

Деревенские комитеты как организации самоуправления были предназначены для проведения линии партии, государственных законов и постановлений. Самоуправление, а также сопровождающие его демократические процедуры рассматривались в первую очередь как хорошо зарекомендовавший себя способ ведения дел в деревне.

В течение почти двенадцати лет закон, принятый в 1987 году, регулировал проведение деревенских выборов[6].