И.Д. Саначев. Развитие местного самоуправления в России после 1995 г. и некоторые проблемы муниципальной теории

Очень часто в истории мы можем увидеть совокупность этих способов.

Здесь следует оговорить один момент, который является принципиальным в понимании прямого административного управления: община, местное сообщество после подчинения в той или иной форме Центру вполне могут сохранять внутренние органы самоуправления. Более того. История дает нам примеры, когда сообщества даже имели выборные органы, но эти последние целиком и полностью подчинялись чиновнику, поставленному Центром для контроля за данным местным сообществом.

В современной жизни мы видим даже примеры формирования представительных органов власти, долженствующих изображать право местного сообщества на местное самоуправление, но фактически подчиненных государственной вертикали. Так было, например, в России в 1993 г., когда всевластие командно-администpативной вертикали дополнялось — на местном уровне — городскими Думами, целиком и полностью подвластными Главам администраций городов.

Не исключаются при прямом административном управлении и элементы самоорганизации граждан, но эти элементы никоим образом не претендуют на то, чтобы стать властью или местным правительством.

Прямое административное управление может просуществовать достаточно длительное время, но исторически этот вид, так сказать, изначально обречен. Он вынужден эволюционировать в сторону развития местного самоуправления, так как в хозяйственном отношении он крайне неэффективен; возникающая в результате установления этого вида система управления громоздка, усложнена и запутана.

Местная власть и субъекты реформ. Наиболее часто встречающийся путь формирования местной власти есть путь реформ, проводимых государством. Известен целый ряд причин, по которым государство вынуждено начинать реформы и допускать развитие местного самоуправления. К ним прежде всего относятся экономические и финансовые причины.

Как правило, пытаясь облегчить финансовое напряжение государственного бюджета, улучшить экономическую ситуацию внутри страны, государство и идет на реформы. Социально-экономическая обстановка внутри страны толкает государство к реформам: с одной стороны, правящими элитами все глубже и глубже осознается невозможность централизованного решения всех финансово-экономических проблем развития страны; с другой стороны, развивается борьба городов и сельских общин за предоставление им реальных возможностей и условий для местного самоуправления, усиливается всегда присутствующий элемент самоорганизации местных сообществ.

Противоборство многообразных причин никогда не приводит к возникновению полного местного самоуправления, хотя на первый взгляд может показаться, что и в ситуации, когда государство осуществляет прямое административное управление на местах, возможна поступательная цепь реформ, способных привести к установлению такой формы местной власти. Однако подобные примеры практически неизвестны.

Как правило, «двойное давление» на государство заканчивается тем, что устанавливается некий компромисс между центральной властью и местным сообществом. Объем прав и полномочий, предметы ведения возникшего в результате «двойного давления» местного самоуправления целиком и полностью зависят от тех конкpетно-истоpических условий, в которых формировалась данная местная власть.

Хотя это и кажется парадоксальным, но революционные потрясения в государстве почти всегда связаны с нежеланием государства уступить такому «двойному давлению». Второй парадокс революций с точки зрения муниципальной теории заключается в том, что они приводят государство — или новое государство, возникшее на месте старого, — к необходимости реформ местных органов власти! Революция (если только она не приводит к полному саморазрушению и возникновению чего-то абсолютно качественно нового, как это было в России) есть прелюдия реформ местной власти.