§7. Вперед - в прошлое (немного публицистики)

Имея возможность достаточно длительное время наблюдать за обсуждением и развитием самой идеи (начиная с практически первой научно-практической конференции на эту тему в г. Йошкар-Оле в октябре 1992 г., с знаменательным в некотором смысле круглым столом «Земство и Советы»), формированием общественных земских структур, общаться и дискутировать с многими участниками этих процессов, позволю себе подразделить «земскую тусовку» (заимствованное автором в силу образности чужое выражение) на три социальные группы: носителейИдеи, ее толкователей и реализаторов.

Носители идеи земского самоуправления видят и, вместе с толкователями и реализаторами, провозглашают его самоценность в следующих аспектах:

  • исторический дух, колорит, подчеркивающий преемственность, сохранение и развитие национальных корней, традиционная фразеология, воссоздающая национальную лингвистическую форму;
  • подчеркнуто неполитизированный, социальный характер деятельности земств, направленный на «благо» - ссылки на муниципальные медицину, образование, статистику, дела «общественного призрения»;
  • истинно народное, общественное содержание, гарантирующее непосредственное и эффективное влияние граждан, общества на власть и, тем самым, обеспечивающее подлинное народовластие.

Но относятся все три категории сегодняшних земцев к этим принципам по-своему...

Тема земства в России долгое время поддерживалась на окраине научной исторической мысли лишь немногочисленной группой историков московской (В.А.Твардовская, Н.М.Пирумова, А.П.Карелин) и санкт-петербургской (Б.В.Ананьич) школ - подлинных энтузиастов и глубоких знатоков вопроса. Они знали все о земстве, о его достижениях и его провалах, но они прожили всю свою научную жизнь под гнетом клейма ленинской фразы о земстве, как о «пятом колесе» русской истории, поэтому, зная все реальные минусы земства, они тем не менее боготворили его и противопоставляли ленинским Советам. Всю свою жизнь они внутренне дискутировали с Лениным. В 1992 году им разрешили это делать вслух. При этом (смею утверждать, поскольку в качестве председателя городского Совета народных депутатов участвовал в упоминавшемся круглом столе «Земства и Советы» в Йошкар-Оле) они совершенно не представляли к этому времени, что происходит за стенами дорогих им книгохранилищ, забитых до потолка земскими отчетами и ежегодниками. А за стенами к концу 1992 года созревала определенная политическая ситуация...

«Пятым колесом» к этому времени становилась скорее система Советов, и прежде всего - региональных, получивших большую самостоятельность и являвшихся неизбежным резонатором социального недовольства, накапливавшегося тем быстрее, чем неопределеннее российское руководство говорило о сроках успешного завершения начатой в январе 1992 года либерализации цен и приватизации собственности.

Реорганизуемая экономика государства вынуждена была скинуть с себя практически весь груз социальных вопросов, так как в процессе одновременной реорганизации находились почти все основные источники пополнения бюджета.

Организационно местные органы власти не справлялись с обрушившимися на них экономическими, социальными, да и политическими проблемами, оказались практически не готовыми к своей новой роли - ни по профессиональной подготовке кадрового состава, ни по осознанию новых реалий и стоящих задач. В этих условиях многие местные мини-парламенты, обладающие благодаря «советизации» конца 80-х - начала 90-х годов штатными аппаратами и значительным ядром работавших на постоянной основе депутатов, сосредоточились на единственно доступном для всеобщей политизации того времени деле - критике вышестоящей власти, переносе ответственности за все местные проблемы на высший государственный уровень (достаточно вспомнить бесконечные обращения всевозможных городских и сельских советов к высшим должностным лицам государства, даже по тем вопросам, которые, при определенном уровне профессионализма, вполне можно было решать в местных условиях).