Ответственность государств за нарушения прав и свобод человека в международном праве

Из современных последователей концепции уголовной ответственности государств за нарушения прав и свобод человека (как и за другие международные преступления), можно назвать иранского исследователя М. Фархада. В качестве аргументов за возможность ответственности государства, исследователь называет такие особенности государства как:

- долгое существование (намного превышающее, как правило, человеческую жизнь);

- более явный характер нарушения норм международного права;

- большую возможность доказательства совершения преступления государством;

- более высокий уровень гарантий возмещения причиненного ущерба по сравнению с индивидом;

- а также невозможность для государства укрыться от преследования в силу привязанности к определенной территории. [2]

По мнению Ю.Г. Барсегова, кандидат юридических наук, бывшего члена Комиссии международного права Генеральной ассамблеи ООН: «Государство может нести от своего имени лишь материальную, политическую, моральную ответственность, и не более. Например за такое грубейшее нарушение прав и свобод человека как геноцид, именно уголовную ответственность должны нести конкретные физические лица, так как нарушает права человека государство опосредовано, через правительства, местной администрации, армии, полиции, пропагандистских служб, средств массовой информации и т.п., которые представляют собой конкретные физические лица. А государство, свою очередь, уже от своего имени несет материальную, политическую и моральную ответственность». [3]

Сделаем вывод, что возможность несения ответственности государствами, за нарушения прав и свобод человека, признают многие ученые-авторы.

А что касается идей создания специального международного юрисдикционного органа для реализации особого режима международной ответственности государства за совершение международных преступлений, продолжает оставаться популярной. Она обсуждалась при подготовке проекта Конвенции о геноциде 1948 г., во время работы Комиссии международного права над проектом Кодекса преступлений против мира и безопасности человечества. Из чисто прагматических соображений их закрепление в этих документах было отклонено.

Комитет по уголовной юстиции 1951 г. при обсуждении статьи 25 проекта Статута Международного уголовного суда ограничил персональную подсудность физическими лицами, отметив, что "ответственность государств за действия, составляющие международные преступления, имеет преимущественно политический характер" и «не дело суда решать подобные вопросы». Комитет считал более важным закрепить принцип международной уголовной ответственности индивидов, чем начинать дискуссию по вопросу, в отношении которого отсутствуют согласованные позиции.

В 1983 г. Комиссия международного права, возобновив рассмотрение темы проекта Кодекса преступлений против мира и безопасности человечества, попросила Генеральную Ассамблею уточнить, входит ли государство в число субъектов права, которым может быть вменена международная уголовная ответственность, «ввиду политического характера этой проблемы». В 1984 г. Комиссия международного права решила ограничить проект на нынешнем этапе уголовной ответственностью индивидов, что не препятствует последующему рассмотрению возможности применения к государствам понятия международной уголовной ответственности. В проект Кодекса включена специальная статья 4 «Ответственность государств», которая устанавливает, что «ответственность отдельных лиц за преступления против мира и безопасности человечества, предусмотренная в настоящем Кодексе, никоим образом не влияет на ответственность государств по международному праву».

Специальным предметом рассмотрения эта проблема стала в связи с проектом статей об ответственности государств, который был принят Комиссией в первом чтении в 1996 г.

Проект содержит статью 19, в которой раскрывается понятие международного преступления, а также три статьи (51—53), касающиеся последствий международных преступлений. Однако Комиссия отказалась от разработки специального механизма реализации ответственности государства за международные преступления, несмотря на то что соответствующие предложения в развернутом виде были сформулированы специальным докладчиком по этой теме.

Ответственность государств в международном праве играет важную роль в обеспечении стабильного функционирования международной системы. Комиссия международного права ООН провела большую предварительную работу по вопросу ответственности государств. Восемь докладов своего специального докладчика итальянского профессора Р. Аго, сделанных им в 1969 — 1980 гг., были положены Комиссией в основу части Первой «Происхождение международной ответственности» проекта статей об ответственности государств. С 1981 г. комиссия работала над второй и третьей частью проекта статей «Содержание, формы и объем международной ответственности» и «Осуществление международной ответственности и урегулирование споров». Комиссии международного права потребовалось без малого половина века для разработки и принятия в 2001 г. проекта статей «Ответственность государств за международно-противоправные деяния». Рассмотрев представленный Комиссией проект, Генеральная Ассамблея ООН 12 декабря 2001 г. приняла Резолюцию, в которой подчеркивается «огромное значение темы ответственности в отношениях между государствами». Следует учитывать, что подготовленные Комиссией статьи в значительной мере представляют собой кодификацию существующих обычных норм, разумеется, с уточнением их содержания и со значительными элементами прогрессивного развития. Еще до завершения работы Комиссии над проектом целый ряд его положений был признан Международным судом кодификацией обычных норм. [4]

1.2. Международные нормативно-правовые акты, устанавливающие гарантии соблюдения государствами прав и свобод человека и ответственности государств за нарушения данных прав

Ответственность государств, наступает при наличии определённых оснований, на основании чего и за что возникает ответственность. Юридические основания – это совокупность юридически обязательных международно–правовых актов, на основе которых определённое поведение квалифицируется как международное правонарушение.