Судебная реформа 1864 года и формирование правовой культуры в дореволюционной России. Обзор англоязычной литературы

Реформирование судебной системы в дореволюционной России устойчиво привлекает внимание западных исследователей , о чем свидетельствует прошедшая в марте -апреле 1995 г . в Торонто международная конференция «Судебная реформа в России , 1864-1994», в которой приняли участие видные политологи , историки и правоведы . Конференция носила во многом прикладной характер и была призвана оценить реальные перспективы судебной реформы в постсоветской России , в то же время она подвела итоги более чем 30-летних исследований по истории системы правосудия и формированию правосознания в Российской империи (см . 12). Интерес западных историков сосредоточен на нескольких аспектах : политика правительства в области реформирования судебной системы , и здесь особое внимание уделяется политической культуре бюрократии ; эволюция русского права ; формирование и функционирование судебных учреждений и их влияние на развитие правосознания в России .

Дореформенные судебно -административные органы Российской империи начиная с эпохи Петра I строились в основном по образцу западноевропейской модели, сложившейся в эпоху абсолютизма . Однако к середине XIX в . европейские государства , достигшие к этому времени значительного прогресса в области теории и практики права , отказались от нее как от устаревшей и несовершенной , пишет Т .Тарановски . «Просвещенная монархия « XVIII в . с ее механистической и авторитарной концепцией права как инструмента верховной власти представлялась уже анахронизмом в эпоху , когда все настойчивее отстаивалась идея о том , что право независимо от политики и должно стоять над ним . Получившая широкое распространение «идея о «правлении закона «как о нормативном принципе устройства государства и общества лежала в основе не только судебной реформы 1864 г ., но и всей эпохи реформ» (1, с .305).

Генезис судебной реформы историки связывают с формированием в среде российской бюрократии нового типа гражданского чиновника - носителя «правового этоса». Этот процесс во многом был связан с политикой самодержцев: так, Николай I, осознававший необходимость хорошо образованных специалистов для эффективной работы правительственного аппарата, немало способствовал развитию юридического образования. В 1835 г . в Петербурге было основано элитарное заведение английского типа - Императорское училище правоведения . Оно стало специальным учебным заведением для подготовки государственных служащих для Сената и Министерства юстиции .

В своей книге «Развитие правосознания в России « (17) Р .Уортман намечает основные вехи формирования нового мировоззрения в среде служащей молодежи 1830-40-х годов . Для выпускников Училища правоведения («правоведов «) было характерно блестящее «салонное « образование , в то время как на юридических факультетах университетов давались более широкие , фундаментальные знания . И все же юридическая подготовка кадров в России в целом была весьма слаба с интеллектуальной точки зрения , более важным следует признать то ощущение принадлежности к группе избранных , призванных осуществить некую миссию во имя торжества законности и правопорядка в России , которое правоведы вынесли из стен своей alma mater (17, с .208-218).

Р .Уортман описывает «юридически -этический « тип чиновника , принявшего участие в подготовке и проведении судебной реформы . Это были сравнительно молодые , принадлежавшие к элите столичной бюрократии чиновники , получившие юридическое образование в Училище правоведения , Царскосельском лицее и в университетах . К 1850-м годам юристы заняли стратегические посты в правительственном аппарате , позволявшие им составлять проекты реформ , а высокое покровительство членов императорской фамилии , например великого князя Константина Николаевича , помогало им продвигать свои проекты через запутанные бюрократические лабиринты. Связанные узами личной дружбы и годами совместной учебы и службы , движимые как благородными идеями , так и личным честолюбием , эти люди и подготовили реформу 1864 г . (17, с .3).