Глава III. Проблема индивида в правовой идеологии русского консерватизма

§1 Консервативное человекопонимание Антропологический пессимизм.

То, что ПИРК не просто содержит в себе антропологическую концепцию, но она составляет ее существеннейшее звено - далеко не случайно. Вопрос о природе человека будет центральным пунктом растянувшегося на столетия спора между консерватизмом, либерализмом и радикализмом. Антропология либерализма, адаптировавшая руссоистский тезис о том, что человек по природе добр и объявляющая высшей ценностью совершенно автономную в ϲʙᴏих решениях и действиях суверенную личность; антропология радикализма с ее идеалом человека, бросающего вызов традиционным авторитетам - чужды консерватизму. Консервативное человекопонимание, переосмыслив христианское учение о первородном грехе, стоит на том, что большинство помыслов человека социально опасны, а потому его деяния нуждаются во внешнем сдерживании.

Представления о человеке у течений внутри ПИРК могли разнится известными нюансами, но у всех них ядром понимания человеческого будет сознание ограниченности возможностей человека в сфере политических и экномических инноваций. Консерваторы, избегая допускаемого антропоцентризмом круга в доказательстве, никогда не объясняли человека, исходя из него самого же, но описывают человека как часть некоей - социальной или мистической - тотальности.

Что же, согласно ПИРК, будет такой тотальностью, растворяющей в себе индивида? Это (не взирая на наличие спектра мнений, сосуществующих в ПИРК) - либо общность (народ, государство) либо то, что эту общность сплачивает воедино (религия, культурная традиция).

Гносеологические особенности ПИРК в большинстве случаев заставляют ее усматривать в опосредованно-выводном характере знаний о чем-либо (а не непосредственно-опытном) - свидетельство недостоверности данных знаний. Именно таким образом надо истолковывать одну из причин той холодности, с кᴏᴛᴏᴩой идеологи русского консерватизма приступали к обсуждению проблематики прав человека. Задаваясь вопросом о субъекте данных прав, они находили, что все элементы, входящие в понятие человек вообще, начиная от его достоинства и кончая его способностями- чересчур приблизительны и схематичны. Это хорошо видно на примере взглядов К.П. Победоносцева, недоверчиво внимавшего правозащитным идеям, транслируемых в пореформенную Россиию из Европы. По Победоносцеву, абсурдно превращать общефилософские категории (ϲʙᴏбода, равенство, братство) в юридически-обязательные права, директивно устанавливаемые государством. Под влиянием просветителей и Французской революции миллионы обывателей стали воспринимать данные слова не как воззвание к долгу, но как право ϲʙᴏё, то есть состояние, приϲʙᴏенное ϶ᴛᴏй массе. В результате совершается насилие над живой действительностью и извращается представление личности о содержании тех реальных правомочий, кᴏᴛᴏᴩые только и могут подлежать закреплению позитивной нормой.

Исходя из всего выше сказанного, мы приходим к выводу, что ПИРК не согласна видеть в индивиде человека вообще, кᴏᴛᴏᴩый уже по одной ϲʙᴏей принадлежности к человечеству должен быть наделен правами человека с солидным объемом каждого права и застрахованным от сокращений комплектом данных прав. В первую очередь, за человеком как таковым здесь не признают абсолютной ценности.

Во-вторых, считают, что субъект права - не абстрактное физическое лицо, но человек с вполне определённой национальной и корпоративной принадлежностью, с конкретными потребностями, стремлениями и ожиданиями. В-третьих, полагают, что всякая конструкция личных прав - случайна и произвольна, если она не имеет субстанциональной основы в лице реальной общности, в кᴏᴛᴏᴩую индивид (субъект данных прав) интегрирован. Единство же человечества как некого планетарного целого консерваторам представлялось весьма и весьма эфемерным, так как человечество не образует и не может образовать солидарной группы, не представляет - в мировом масштабе - аналог корпоративной или государственной общности.

Вперед: Заключение
Назад: Глава II.