Период второй. Раздел I (988 - 1237)

Второй период истории русского законодательства простирается от введения христианства до издания судебника. Он разделяется на две половины: I от введения христианства на Руси до монгольского ига (988–1237), II от монгольского ига до издания судебника (1237–1497).

Принятие христианства

Положение духовенства. духовное ведомство. состав духовенства: митрополит, епископы, монастыри, белое духовенство, лицо и учреждения, подведомственные церкви. о гражданских правах церкви как юридического лица Христианство оказало огромное влияние на русское общество. Оно, так сказать, всколыхнуло его все до дна, начиная с князя и кончая последним челядином. С введением христианства в русском обществе к прежним элементам – славянскому и варяжскому – присоединился новый элемент, византийский, в лице христианской церкви и духовенства, пришедших на Русь из Византии. Христианская вера вошла в русское общество почти при тех же условиях, при которых вступили в него князья с варяжской дружиной, т.е. мирно, без насилия и происков, иными словами – по добровольному избранию князя, дружины и земщины, вследствие частых сношений с византийцами, познакомившимися с христианством еще задолго до Владимира. Старая языческая религия отжила; она не представляла ни достаточных условий для единства религиозной совести смешанного народонаселения Приднепровья, ни силы, чтобы привязать к себе разноверных и разноплеменных переселенцев. А эти переселенцы все более и более прибывали в Приднепровье со времен Аскольда и Дира. Этим упадком языческой религии и объясняется изумительная легкость, с которой христианство было принято в Киеве и во всем Приднепровье. Одинаковые обстоятельства, при которых приглашены были варяго-русские князья и принято из Византии христианство, поставили оба эти элемента почти в одинаковые отношения к славянской земщине. Церковь и князь составили одну нераздельную власть, а духовенство и дружина сделались главными орудиями этой власти. Первое действовало убеждением и нравственным влиянием на прихожан, вторая – силой княжеской власти. Духовные, как пастыри и учителя народа, внушали людям евангельское учение и возвещали о божественном происхождении власти – «несть власть, яже не от Бога», а дружинники, поставленные в правители и судьи народа, чинили суд и правду именем князя. Князья, со своей стороны, были постоянными защитниками церкви1. Епископы нередко были в таких тесных сношениях с князьями, что последние, будучи вынуждены оставить свою область, брали с собой и епископов2. Князья постоянно старались охранять церковь; почти обо всех них летописи отзываются: «…воздал честь епископом и пресвитером, излихо же любяще черноризцы, подая е требование им».

1 В 1071 году, когда весь Новгород перешел на сторону какого-то волхва и хотел обратиться снова к язычеству, князь Глеб со своей дружиной принял сторону церкви и собственноручно убил волхва.

2 В 1149 году Изяслав, оставляя Киев, взял с собой и митрополита Клима. В 1216 году Юрий Всеволодович после Липецкой битвы, оставляя Владимир, взял с собой и владимирского епископа Симона и повез его со своим семейством в Радилов городок.

Положение духовенства. Условия, при которых христианское духовенство вошло в русское общество, а равно и гражданские права его, как самостоятельного учреждения в обществе византийском, дали ему свой особый гражданский характер, которым оно резко отличается от римского духовенства в западноевропейских государствах. С первого взгляда отношение русского духовенства к византийскому кажется одинаковым с отношением западного духовенства к римскому. На Русь духовенство пришло от константинопольского патриарха, и в западных государствах оно приходило от римского папы; русские митрополиты поставлялись константинопольским патриархом или с его согласия, и на западе поставление епископов зависело от папы, но сходство только этим и ограничивается. Патриарх константинопольский далеко не имел того гражданского значения в Византийской империи, которым пользовался римский папа на западе, а потому не имел и той гражданской власти над своими митрополитами, какая была у папы над своими архиепископами. Митрополит русский, получив посвящение от константинопольского патриарха, более уже не зависел от него и все дела русской церкви решал сам, вместе с церковным собором, по церковным правилам, и определение своего суда не препровождал на утверждение патриарха. Последний посылал ему грамоты за свинцовой печатью, которых по византийскому этикету удостаивались только коронованные лица и патриархи. Впрочем, в редких случаях недоразумений по церковным делам русский митрополит иногда спрашивал разрешения константинопольского патриарха и даже сам ездил в Константинополь и участвовал в тамошних соборах. Право посвящать митрополита хотя и принадлежало константинопольскому патриарху, но великий князь Русский мог принять или не принять посвященного и даже предлагать для посвящения другого. То же право имели удельные князья по отношению к русскому митрополиту при посвящении епископов. Для определения прав русской церкви, как самостоятельного учреждения в русском гражданском обществе, при введении христианства был принят действующим узаконением греческий Номоканон. Этот закон охватывал в Греции не только церковную, но и гражданскую жизнь, так как в нем, наряду с правилами чисто церковными, определялись отношение церкви к обществу и отношение духовенства к императору и народу; но так как жизнь русского общества во многом отличалась от общественной жизни Греции, то вскоре оказалось, что Номоканон не мог быть весь, целиком принят русским обществом. Номоканон послужил основанием только в делах чисто церковных, но в делах, по которым церковь является членом гражданского русского общества, руководились уставами, издававшимися русскими князьями. В этих уставах определялись гражданские права и привилегии духовенства согласно с теми отношениями, в которых духовенство находилось с русским обществом; таких уставов, изданных до XIII в., до нас дошло семь.